Alonerain
Убивай, чтобы не быть убитым. Предавай, чтобы не быть преданным. Не жалей никого, ибо тебя не жалеют. Выживай.(с)
Название Новое старое
Автор: Alonerain
Фэндом: No.6
Персонажи: Нэдзуми/Шион, Карла/Нэдзуми, Карла/Шион
Рейтинг: NC-17
Жанры: Ангст, Детектив, Гет, Мистика, Слэш (яой)
Предупреждения: ОЖП, OOC
Размер: Мини
Кол-во частей: 10
Статус: закончен
Описание: Фанфик идет как предположительное продолжение истории, которая кончилась в аниме. Действие происходит 10 лет спустя, город на месте 6 зоны поднимается на ноги, и Шион был выбран жителями как глава города. Он настроен на оптимистичное будущее и слишком ослеплен движением к собственным идеалам, чтобы заметить, что город с исчезновением зоны №6 оставил старую двуличную сущность, которую ему снова открывает Нэдзуми, пропавший из поля его зрения на все эти 10 лет...
Размещение: лишь с предварительной ссылкой, куда размещаете.


Глава 6. Сказка – ложь, да в ней намек…

Шион просыпался лениво. В последний раз он так крепко спал и долго не хотел вставать очень давно. Но, по крайней мере, он смог выспаться. Нэдзуми в постели не было, и это немного его огорчило. Хотелось спросить по подробнее про то признание. На губах зажглась улыбка, и сон быстро сошел на нет.
Нэдзуми был в него влюблен. И Шион понятия не имел, что этот факт сделает его настолько счастливым.
Он сел на матраце, и к нему подскочил крысенок с бумажкой, заправленной в маленький ошейник.
Достав ее, Шион, как и предполагал, наткнулся на подчерк Нэдзуми.
«Доброе утро. Пошел собирать информацию. Вернусь поздно. Из квартиры не выходи. Еда в холодильнике, можешь на досуге почитать книги в углу комнаты. Не скучай, с тобой посидит Хаммер. Его батон в шкафу.»
Шион улыбнулся кличке крысеныша. Нэдзуми сам назвал его, чего раньше никогда не делал.
- Ну, привет, Хаммер, - ручной зверек дал себя потрепать пальцем по макушке.
Отлично. Времени подумать о стратегии действий предостаточно.

От постоянных размышлений быстро начинает болеть голова. Сколько бы Шион не пытался сопоставить произошедшие события и информацию, все время чего-то не хватало. Было слишком мало данных.
И он, в итоге, сдался, решив подождать Нэдзуми.
Пролежав на прибранном матраце неопределенное количество времени, достаточное, чтобы голова перестала болеть и полностью расслабиться, Шион мельком посмотрел в окно, на глаз прикинув, что сейчас уже перевалило на вторую половину дня, и взглядом наткнулся на стопки книг, о которых упоминал Нэдзуми в записке. Интересно, его вкусы в книгах сильно изменились?
Он встал с матраца и, приблизившись к книжным залежам, сел на пол рядом и начал просматривать обложки. Книги были самые разные, содержащие как детские сказки, пьесы, романы, так и научно-популярную литературу. Но больше все-таки было художественной тематики. Как раньше.
Шион выбрал почитать сказку «О глупом принце и храбром эльфе»*. Она была достаточно большой, чтобы зачитаться до вечера, и, скорее всего, интересной, раз была в коллекции Нэдзуми.
Сказка оказалась довольно красочной, по-своему захватывающей, но принц, который с самого начала должен был завоевать симпатию к себе в первую очередь, на деле оказался показушником, считающим, что везде и всюду он самый-самый. И покорил сердца читателя маленький эльф, преданно помогающий ему во всем, несмотря на все свои слабости, после того, как принц его совершенно случайно спас от нападок на него других эльфов. Шион больше всего понравилась волнительная кульминация, но сказка была слишком длинной, чтобы дочитать конец, а он слишком устал за сегодня (точнее, устала голова). За окном уже стемнело, а Нэдзуми все не было, поэтому Шион оставил на кухне кусочки батона для Хаммера, о котором он, к сожалению, забыл, и лег на матрац спать.
Завтра, когда Нэдзуми вернется и все расскажет, что узнал, надо будет продолжить собирать головоломку, в которой они оказались.

***

- Дорогие горожане! Сегодня я собрал вас здесь, чтобы поделиться радостной новостью, - беловолосый молодой парень со счастливой улыбкой притянул к себе за талию красивую рыжеволосую девушку и поцеловал ее в щеку. – На следующей неделе в пятницу я и моя невеста Карла сыграем свадьбу! И мы очень хотели бы, чтобы вы все праздновали этот замечательный день вместе с нами! Праздник пройдет на этой самой площади сразу после венчания! – глава города зааплодировал вместе с толпой. Наблюдавший за действующей сценой Нэдзуми застыл от удивления.
Шион у него дома, спал как младенец, когда он уходил. Вчера он ему признался, поцеловал, а сегодня он уже объявляет на весь город, что женится?!
Что-то не так. Какой-то Шион на сцене не такой, как обычно.
Парень угрюмо сунул руки в карманы ветровки и прошел через толпу к ближайшему дому за угол с твердым намерением выяснить правду, чтоб ее.

Шион и Карла после выступления на площади, сели в машину, недолго поплутали по городу и направились в свой дом. Нэдзуми старался не отставать от них на уровне крыш и не замечал пока ничего необычного.
Парочка поднялась в свою комнату, полобзалась немного у кровати, а затем девушка вышла из комнаты, а Шион, который, как заметил Нэдзуми по его глазам и отсутствию едва заметным следам родинки на краю шрама на лице, на самом деле не его Шион, упал на кровать, раскинув руки. Брюнет снял с шеи платок и повязал его на лицо, оставляя открытыми глаза, натянул кепку пониже и решил воспользоваться отсутствием невесты.
Проникнуть на территорию дома оказалось легче легкого. Основные ловушки не были проставлены, как жест искреннего доверия к горожанам, а скрытые электро-магнитные датчики, о которых мало кто догадывался, были легко нейтрализованы локатором, за которого он отдал довольно большие деньги, чтобы получить его. С ловкостью взобравшись по резным узорам на второй этаж, Нэдзуми кинжалом вскрыл оконную раму и прыгнул внутрь комнаты. «Шион», услышав скрежет лезвия, вскочил на кровати и вздрогнул всем телом, когда увидел приближающегося к нему парня с ножом.
- Ты что здесь делаешь? Почему ты тут? – почти убедительно вопрошал он, но Нэдзуми не обращал на вопросы и вновь повалил беловолосого на кровать, приставив лезвие кинжала к его шее.
- Кто ты? – холодно спросил брюнет, все теснее прижимая острие к чужой коже, на которой уже появилась испарина, а в красных глазах начала зажигаться паника.
- Ты что делаешь? Это же я, Шион, - голос едва заметно дрожал. Спектакль продолжался.
- На кого работаешь? – продолжил допрос Нэдзуми, проскользив лезвием вдоль кожи до появления тонкой струйки крови. И тут брюнет ощутил чье-то приближение за спиной. Он едва успел отскочить в сторону от шокера, который искрился от высокого заряда в тонкой руке Карлы. Девушка, чтобы не упасть в последствии своего неудавшегося нападения, выставила руку вперед в качестве опоры на матрац. На ее вечно улыбающимся лице сейчас стояла отнюдь не та улыбка, что была на площади. Это скорее был хищный оскал довольства.
- Так это ты, Рэт? А ты действительно настолько близок с Шионом, что смог отличить его от клона, - она сделала резкий выпад в сторону брюнета, вновь пытаясь попасть по нему шокером, но Нэдзуми снова увернулся, схватив ее за руку с оружием и вывернув ту в суставе за спину, и прижал тело девушки к себе. Она со стоном прижалась спиной к его груди и чуть потерлась, словно в экстазе, не обращая внимания на захваченную руку.
- Вот ты какой сильный, уверенный… Знал бы ты, как я тебя хотела… Сейчас я хочу получить тебя еще больше, - томно проговорила она, сильно озадачив Нэдзуми на мгновение, которое он, к сожалению, пропустил. Этого хватило на то, чтобы вскочивший с кровати клон выхватил шокер из руки Карлы и спустил весь заряд Нэдзуми в шею. Почувствовав секундную жгучую боль, он вскрикнул, отпуская заложницу, и попятился назад, схватившись за кровоточащий ожог и борясь с тем, чтобы не потерять сознание окончательно. Все перед глазами расплывалось и смешивалось со сверкающими белыми и черными кругами, а тело так и просилось отпустить напряжение, расслабиться.
- Смотри! Смотри, какой он крепкий! После такого заряда он еще не отрубился! – словно через толщи воды, донесся до него довольный визг женского голоса. Затем перед ним встал сплошным белым пятном Шион и ударил по голове, вырубая наемника окончательно.
Даже самые опытные попадаются, когда не знают, к чему должны быть готовы. Нэдзуми такого исхода точно не мог предположить, но все-таки перестраховался по привычке. Пока его выносили из комнаты двое амбалов в черном, никто не заметил, как из заднего кармана джинсов выпрыгнул его верный кибернетизированный крыс и юркнул в до сих пор открытое окно…

* * *

Шион всегда снились странные сны. И этот не оказался исключением.
Все происходящее складывалось по сюжету сказки, которую он успел прочитать перед тем, как уснуть.
Он был в роли принца, в красивом костюме, всеми обожаемый за доброту, благородство и т.д. Карла была дочерью магистра магии его королевства и его невестой. Как-то бродив по лесу во время охоты в поисках подстреленной куропатки, он услышал пищащие голоски в кустах и, подойдя к ним, разглядел кучку маленьких человечков со светлыми волосами, желтоватыми сверкающими крылышками, острыми ушами и в зеленых костюмчиках. Четверо из них окружили сжавшегося пятого, у которого оказались сапфирового оттенка крылышки, серый костюмчик и черные волосы и наносили ему удары то ногами, то кулачками.
- Эй, вы что творите? – возмущенно воскликнул Шион. Маленькие человечки испугались его крика и разбежались все кто-куда, кроме того, кого били. Он медленно поднял взгляд серых глаз, и Шион с удивлением признал в нем уменьшенную копию Нэдзуми.
- Нэдзуми? – произнес он, протянув руку к человечку. Тот пискнул «Как пожелаете, господин» и протянул свои ручки в ответ.
Он оказался трудолюбивым горным эльфом и всюду был рядом с Шион. Наблюдать такого Нэдзуми было крайне забавно, ведь в реальности он не был таким красноречивым. А этот Нэдзуми временами говорил, что он самый красивый и добрый, что он все-все для него сделает, даже умрет, если это потребуется. Его не любили прочие лесные эльфы за то, что он оказался последним из горных эльфов, которых убили поселившиеся в их землях драконы. У него были другого цвета крылышки и волосы, вот и дразнились.
Нэдзуми-эльф ему сильно помогал. Шион не мог понять, почему во сне, как взаправду, ему приходится работать с теми же кучами бумаг. Это было утомительным занятием, поэтому он не раз поддавался соблазну и отдавал всю свою работу делать Нэдзуми-эльфу, а сам всегда отдыхал.
В итоге, его невеста однажды обнаружила Нэдзуми в кабинете Шиона, а тот испугался и исчез. С этого момента Шион видел события сна, словно от третьего лица. Карла узнала в Нэдзуми последнего горного эльфа и рассказала о нем отцу, что он для Шион делал. Тот придумал план, чтобы захватить столь полезного трудягу. И Шиона ночью взяли в заложники.
Нэдзуми-эльф последовал за похитителями и при полной луне явил истинное обличие высокого, как Нэдзуми в реальности, воина, который смог с легкостью одолеть захватчиков. Но притаившийся в кустарниках отец Карлы магией захватил бойкого горного Нэдзуми, как бы Шион не пытался вмешаться. Ноги будто свинцом набили, глаза видели, но в голове не могли сформироваться четкие мысли, руки тянулись остановить действующие путы, освободить кричащего друга, но он был беспомощен и проиграл.
- Нет! Нет! Не забирайте его! Возьмите меня, разве не я был нужен? Отпустите его! Нэдзуми! Нэдзуми! – в отчаянии кричал Шион, но никто его не слышал…

Шион проснулся, резко приняв сидячее положение. Он тяжело дышал и практически сразу почувствовал, что весь покрыт испариной. В мыслях лихорадочно вертелись события сна, и те выводы, что вспыхивали в активном мозге, были отнюдь не утешительными.
Вот почему он никак не мог сложить все произошедшие события! В предположительных целях тех, кто заказывал его, он ставил себя, в качестве отправной точки. Он в качестве главы города имел свои преимущества, и думал, что заказчики стараются вывернуть их в свою пользу. И он совсем просчитался, что он может быть не главной целью, а лишь приманкой, наживкой для настоящей цели.
Нэдзуми.
Быстро оглянувшись по сторонам в застывшем ожидании увидеть друга в помещении и не найдя такового, он чувствовал возрастающую панику.
За окном уже давно ночь.
Где Нэдзуми? Почему его все еще нет дома?
- Если ты ищешь Рэт, то его поймали, - произнес знакомых хриплый голос со стороны окна.
Шион с легким испугом и удивлением уставился на силуэт около открытого окна, который ранее не заметил.
- Вы?

Глава 7. Колода раскрыта

- Вы? – воскликнул Шион, уставившись на незваного гостя. Им оказался тот самый мужчина из антикварной лавки, через которую они с Нэдзуми попали в подпольный клуб. Он закрыл за собой створку окна и сел на стул, держа в правой ладони что-то маленькое и черное. Присмотревшись, Шион признал в ладони мужчины того самого крысеныша-киборга, который помогал им в побеге от органов охраны десять лет назад.
- Что Вы здесь делаете? Кто поймал Нэдзуми? – спросил Шион, не сводя подозрительного взгляда с мужчины, помня о реакции на него Нэдзуми.
- Так значит его и правда зовут крысой, - утвердительно произнес гость и вздохнул.
- Его дружок прибежал ко мне, и это значит, что Рэт без сознания. Крыс содержит аудиозапись происходящих событий, что повлекли за собой захват Рэта. Из всего прослушанного я могу сделать вывод, что он следил за клоном главы города и его невестой до их дома, и уже там его поймали. С момента последней записи прошло всего час с четвертью. Если поторопимся, мы можем успеть до того, как его перевезут из дома главы города в другое место. Предлагаю тебе пойти со мной, молокосос.
- Как я могу Вам верить? – глухо проговорил Шион, начиная чувствовать уколы вины за собственную несообразительность в пустоте отчаяния.
- Я присматривал за этим засранцем с тех пор, как он принес мне голову одного из самых скользких типов в городе. Малец совсем, а какие нравы. Снаружи он казался быстроадаптивным взрослым, сильным, находчивым, смелым, но внутри я замечал ранимость натуры, которую он никому никогда не показывал. Очень интересный он, отличающийся от остальных наемников. Слышал я о его корнях в лесном народе, что жил в этих землях двадцать лет назад, и перестал удивляться его верности неким идеалам и силе. Он настоящий потомок своего народа, им могли бы гордиться. Я сам некоторое время жил с поселенцами, поэтому знаю, какой они вели образ жизни и чему детей учили. Да и без Рэта будет скучно в подземке, кто ж еще будет бомбить клуб в банный день, - с усмешкой рассказал мужчина, не скрывая веселого оттенка ностальгии от воспоминаний. Шион несколько секунд оценивал шансы на самостоятельную деятельность по спасению Нэдзуми из собственного дома, искренность неожиданного союзника и шансы на проведения той же операции вместе с ним. Выбор был очевиден.
- Если Вы предадите меня и Нэдзуми, я Вас убью, - твердо заявил Шион, вставая с постели.
Мужчина самоуверенно улыбнулся.
- Скорее уж это сделает Рэт, чем ты, зеленый. И еще, меня зовут Кварц.

* * *

Первым, что почувствовал Нэдзуми, была боль. Впрочем, он давно привык, что если уж его вырубали, то просыпался он именно с ней. Через пару мгновений он также смог уловить ощущение отечности в конечностях и сделать вывод, что его подвесили. Испустил легкий стон, он смог открыть глаза и уставиться на еще расплывающееся рыжее пятно перед глазами. Только потом он уловил едва заметную щекотку на груди, затем зрение стало намного четче, и он наткнулся взглядом на ухмыляющееся лицо Карлы.
- Быстро ты очнулся. Так даже лучше, - она чмокнула губами его встопорщенный сосок, который до сего момента посасывала, и отошла от него к столу, на котором было множество склянок и шприцов.
Нэдзуми быстро бросил взгляд по сторонам, оценив обстановку. Он полуголый, подвешен и закован на крепких цепях у крайней стены некого темного помещения с единственной лампой накаливая для освещения в центре потолка. Ореол света он нее был небольшой, но Нэдзуми смог разглядеть голые стены. Прислушавшись, он уловил гул езды автомобилей и стук капель, который был намного ближе. Предположительно, он был в подвале, довольно глубоком, этажа два под землей. А единственная дверь выхода находилась в десяти метрах от него.
Положение так себе.
- Почему вы меня связали? Думаете, Шион настолько глуп, что придет за мной? – проговорил Нэдзуми, отвлекая девушки от копания в банках с жидкостями.
- Ха, зачем мне тот слабак? Я уже получила то, чего хотела, - усмехнулась Карла, пронизывающе посмотрев на него.
Тут Нэдзуми в голове сложил два и два. Зашибись, как же он так просчитался? Покушение на Шиона – хитроумная приманка на него, того, кто будет его защищать. Но откуда они прознали про него? Зачем?
- Зачем вам я? – спросил напрямую брюнет, ответив девушке холодным пристальным взглядом.
- Ты же последний выживший лесного народа, наемник! Люди, принадлежавшие селению, были здоровее, сильнее, выносливее, ловчее, умнее, чем обычные люди. Ученые вашей шестой зоны хотели заполучить все это и наивно полагали, что все исходило от того, чему народ поклонялся – Элеуриас. И, как идиоты, избавились от всех, кто проживал на территории. Они и после шесть лет занимались исследованиями именно Элеуриас, и поздно спохватились, когда начали догадываться об ошибке. И повезло им нарваться на маленького мальчика-беспризорника. Вот тогда-то они и выяснили на простейшем кровяном анализе, что все-таки от лесного народа остался выживший. Они собирались его более подробно изучить и послали образцы крови вперед мальчика. Но до лаборатории добрались лишь колбы, а мальчик сбежал. И вот тогда было зафиксировано, что его укрывал маленький гений, подававший большие надежды в институте исследований. Беглого мальчика не нашли, но в наказание лишили гения и его семью всех привилегий. А потом, четыре года спустя, гения повязали за то, что он продумал государственную аферу с тем, что они смогли выделить из генетического кода двух колбочек крови мальчика из лесного народа. И тут гений успешно сбегает с юношей, которого опознали именно как того самого выжившего.
В конце концов, именно эти двое и подорвали исследовательскую лабораторию и Элеуриас, которая наконец откликнулась на кровь верноподданного.
Ничего не напоминает, наемник? Сейчас многие заинтересовались оставшимися данными той лаборатории, и мы, Пятая зона, сможем достигнуть цели, которую поставили еще ученые Шестой зоны – сделать вакцину для эволюции человеческого генетического кода и наделить избранных людей теми же способностями, что были у лесного народа, который ими совершенно не пользовался, - договорив, Карла вновь вернулась к копаниям среди колб.
Нэдзуми повесил голову, закусив губу, чтобы сдержать смех. Черт, он совсем забыл о том, что с ним пытались сделать ученые, когда захватили. С одной стороны, его вины нет в том, что он упустил возможность подобной ситуации, столько лет прошло. Но, с другой стороны, он мог бы вычислить, что сам является главной целью и разбираться без вмешательства Шиона. Он надеялся, что этот старпер, к которому он запрограммировал бежать в случае необходимости кибер-крыса, не поведет за собой Шиона.
По ощущениям, он был без сознания с час, и если судить по довольно пассивной активности автомобилей на дороге, можно предположить, что уже стемнело. Перевозить его, видимо, пока не собираются. Нужно тянуть время.
- А для чего тогда тебе понадобилось пудрить мозги Шиону? – спросил Нэдзуми, успокоившись.
- А, это! Он молод, целеустремлен, но наивен. За ним пошли люди, у него появилась власть. Но ты не переживай, я хотела от него лишь денег и контроля над возрождающимся городом, осталось только прибрать к рукам как черный промысел твоих коллег, так и официальные ресурсы. Как ты уже видел, мы смогли заменить его, и никто, кроме тебя, не заметил подмены. Вот только мать еще его надо будет усмирить, она тоже может его узнать.
На самом деле я очень давно хотела именно тебя, именно себе, наемник, - откопав какую-то колбу, Карла взяла один из шприцов, наполнила его прозрачной жидкостью и с каким-то маниакальным выражением лица обернулась к Нэдзуми.
- Я столько читала легенд о лесном народе. Восхищалась их потенциалом с детства и не понимала, почему они не использовали по назначению то, что было дано лишь им, а мирно существовали на небольшой территории. Я рыдала, когда до Пятой Зоны дошла информация о том, что люди, планировавшие организовать Шестую Зону, уничтожили всех лесных жителей. Я так хотела вырасти, познакомиться с ними, жить среди них и использовать все их возможности на новых уровнях. Уже в конец отчаявшись, папочке в руки попали данные из уничтоженной лаборатории Зоны номер Шесть, и я была на седьмом небе, когда узнала, что ты жив. Ты именно такой, каким я тебя представляла, - девушка с наполненным шприцем подходила к связанному все ближе и ближе, – Сексуальный, сильный, выносливый. Истинный воин. Твои серые глаза сверкают, словно опасно отточенный клинок, но я не чувствую страха и трепета перед ними. Ты даже представить себе не можешь, насколько возбужденной я себя ощущаю под этим взглядом, - шепотом закончила девушка на скрытое черными прядями ухо и с придыханием начала проводить губами по виску, спустившись на щеки, очертила скулы и линию челюсти, перешла на шею, в которую вцепилась уже зубами. Нэдзуми, не проронив ни звука, продолжал смотреть перед собой, в мыслях понимая безнадежность своего положения. Он не сможет скрутить эти цепи и освободиться в одиночку, значит, остается только терпеть.
- Зачем тебе шприц? – спросил он, когда укусы дошли до ключиц.
- Ммм, у тебя потрясающий вкус кожи и мне не терпится попробовать все остальное твое тело. Это для того, чтобы ты не висел тут без дела в нужный момент, когда я захочу тебя не только испробовать, но и почувствовать на себе твою силу, ощущать тебя внутри себя, - девушка шептала томно, прикрыв глаза и уже чуть подрагивая от нетерпения.
- Это, - она тряхнула шприцом, - тебя возбудит, и ты будешь дико трахать, трахать меня, пока ты не удовлетворишься полностью. Папочка разрешил мне с тобой развлечься до того, как забрать на долгое время исследований. Я буду скучать, но не сейчас. За эти полгода я спала с этим наивным главой города и соскучилась по вкусу настоящего секса.
Нэдзуми почувствовал сильное желание ударить эту похотливую сучку. Да, именно в манере Шиона заниматься чувственно, медленно любовью, а не сексом. Ей его любовь была не нужна. Нэдзуми нахмурился при мелькнувшей мысли.
А что, если Шион ее все-таки любит? Ему он признался лишь во влечении, чистом желании, но не любви. А он, Нэдзуми, его любит. До сих пор.
Внутри себя Нэдзуми ощущал противоречивую решимость выбраться отсюда невредимым и грустный налет от своих умозаключений. Она сказала, что он должен будет ее ебать, значит, ему нужно будет дать деру в тот момент, когда хрень из шприца еще будет не настолько в его голове, но конечности уже освободятся.

Глава 8. Кот в мешке

- Ты уверен, что сможешь этим воспользоваться, малыш? – с небольшим сомнением в голосе произнес Кварц, наблюдая, как из его оружейной Шион набирает себе полуавтоматические пистолеты и патроны к ним. Кровавого оттенка глаза сверкнули холодной решимостью в сторону мужчины.
- Они заплатят за то, что собирались сделать с Нэдзуми, - бесстрастно ответил парень, и наемник увидел зарождающееся желание убивать.
«Опасный тип», - присвистнул про себя мужчина с усмешкой. Этот парнишка производил обманывающее впечатление серой мышки, непредсказуемо становясь при желании саблезубым тигром, жестоким и опасным.
«Нэдзуми, подожди немного, скоро ты будешь в безопасности», - подумал Шион, садясь в машину вместе с Кварцем.
* * *

- Почему он не встает?! – с истеричным нотками вскрикнула девушка, в который раз теребя абсолютно мягкую плоть прикованного брюнета. Она перепробовала все известные ей виды ласок, чтобы тело партнера было готово к совокуплению. Другие ее любовники даже кончали, не дотерпев до самого основного процесса. Ее желанный пленник высокомерно ухмылялся, глядя сверху вниз на стоявшую на коленях девушку.
- Не такой я девственник, чтобы заводиться от щекотки. Кончай меня облизывать, не мороженое, и вкалывай свое дерьмо из шприца, - вызывающе сказал Нэдзуми. Да, это была наглая провокация, потому что эта чокнутая явно не торопилась к совершению своего желания потрахаться. Она тянула с расстегиванием его штанов, всевозможными ласками, от которых орган обычного мужчины давно бы пришел в «боевую» готовность. Да и ему потребовалось изрядное самообладание, чтобы не поддаться ее действиям, но, если бы он поддался, она бы решила еще поиграть, почуяв власть над ним. А так она будет вынуждена прибегнуть к последнему средству – уколу. И нужен будет лишь последний рывок, для того, чтобы выбраться отсюда…
Девушка от злости заскрипела зубами, прожигая взглядом ненависти ухмыляющееся лицо брюнета, и схватила с пола шприц.
- Да что б тебя! – крикнула она, с силой всадила иглу в бедро и надавила на дозатор, впрыскивая прозрачную жидкость. Нэдзуми закрыл глаза от ощущения и сцепил зубы, сосредоточившись на том, что нужно моментально вырваться, как только давление цепей на конечности ослабнет.
- Я хочу увидеть, как твой член встает, - прошептала Карла и погладила вялый орган. Нэдзуми нахмурился, понимая, что придется сильнее сконцентрироваться на основной задаче.
Рывок руками, сорвать цепь с ног, толкнуть девку, убежать. Рывок руками, сорвать цепь с ног, толкнуть девку, убежать. Рывок руками, сорвать цепь с ног, толкнуть девку, убежать. Рывок руками, сорвать цепь с ног, толкнуть девку, убежать…
Но долгие секунды шли, а он никаких изменений в теле не чувствовал. Только небольшое жжение в бедре, куда был сделан небрежный укол. Но из головы вдруг вылетела эта мантра последовательных действий, которые он должен был совершить для побега.
Пустота и больше ничего, словно потерял сознание, но все еще воспринимаешь происходящее вокруг.
- Почему и это не работает?! – звонко был услышан Нэдзуми недовольный крик рыжеволосой, и это словно был спуск с предохранителя. Быстро, резко, команда к действию. По ощущениям полуонемевшее тело вдруг налилось горячим потоком силы, который захотелось выплеснуть.
Парень дернул руками. Цепи зазвенели, но еще держались. По стенам прошелся гул и небольшая дрожь. Карла испуганно отпрянула от пленника, непонимающе глядя на него.
- Что происходит? – прошептала она, глядя, как он снова и снова дергал руками в попытках вырвать цепи. По рукам его на тело стекала кровь от поврежденных запястий, но это словно его не беспокоило.
Раз, и цепи со стуком приземлились на пол.
Руки брюнета, словно плетки повисли вдоль туловища, а челка черных волос упала на лицо, скрывая все, кроме губ, через которые делались глубокие вдохи и выдохи. У девушки в голове мелькнула мысль: «Что же я наделала?», и тут брюнет на вдохе вскинул голову, заорав во все горло. Она в ужасе дернулась всем телом, и тут ор прекратился, а на нее уставились два горящих серебристо-синих сверкающих глаза.
Это было последним, что она успела увидеть перед тем, как ее швырнула в сторону чужая рука, и тело девушки, словно сломанная кукла, ударилось о стену и глухо упало на пол, обагряя поверхность собственной кровью…

* * *

Щелк. Нажатие на курок. Испустить череду патронов в тело, одетое в черную униформу. Поворот.
Щелк. Нажатие на курок. Испустить череду патронов в тело, одетое в черную униформу. Поворот.
Убивать очень легко. Просто щелк, и все. Врага, стоявшего на пути, на одного меньше.
На один шаг ближе к Нэдзуми.
Они мешают. Каждый из них.
Они должны быть уничтожены.
Поворот. Щелк. Нажатие на курок. Испустить череду патронов в тело, одетое в черную униформу.
Все.
Уничтожить.
Выстрел.

«Да этот парень с катушек съехал» - оглянулся на временного напарника Кварц и покачал головой. И где Рэт отрыл этого маньяка-убийцу? Его совершенно не заботит, какой урон они приносят окружающей обстановке, насколько он небрежно разбрасывается патронами направо и налево. И какой жуткий, целеустремленный взгляд у него на каждое окровавленное тело наемника, которого просто наняли, и все. Если так пойдет и дальше…
Тут чуткий слух уловил приглушенный громкий рев, доносящийся откуда-то из глубины дома и грохот.
Да что творится в этом доме?! Все эти наемники неместные, судя по тактике, скорее всего, из Пятой Зоны, но в таком количестве… Даже прислуга здесь с оружием кидается. Если бы он был один, он бы точно отсюда живым не вышел бы. А этот шизик запросто убивает и абсолютно не думает о собственной целостности. Так что шансы выжить возрастают.
Грохот становился все сильнее, и уже послышались звуки выстрелов с той стороны.
Кварц застыл от вспыхнувшей догадки. Неужели, у них еще один противник? Или же это Рэт пробивается?
Снова, уже более отчетливо, послышался рев, и дверь из соседнего зала пробило летящее тело чужого наемника. Шион и Кварц замерли, уставившись на ворвавшегося черноволосого демона, раскидывавшего во все стороны нападавших на него. Даже те наемники, с которыми они сцепились, кинулись на новоприбывшего бойца. Через черные пряди свернули в свете полной луны серебристо-синие горящие глаза.
Нет, не бойца. Зверя.
Шион уставился на него, опустив оружие.
- Нэдзуми, - прошептал он, узнав покрытое шрамами тело. Брюнет рычал, оскалившись и глядя с ненавистью на каждого, кто близко находился к нему. Выстрелы раздавались без остановки, но натренированное тело резко дергалось, и пули лишь царапали кожу. После каждого попадания выстрелившего отшвыривали в стену.
- Вот гадство! – воскликнул Кварц.
- Что такое? – спросил Шион, скорее на автомате.
- Его не остановить. Это Зов крови. На нем, видимо, применили возбуждающий катализатор, но сегодня полнолуние. Если бы его не было, Рэт перетрахал бы каждого, находящегося здесь человека. Но луна полная, поэтому вместо возбуждения катализатор пробудил в нем инстинкт убийцы – жажду крови. Лесной народ часто пользовался подобной тактикой, когда они избавлялись от агрессивного противника, не трогая братьев по крови. Но нападающих всегда было человека три-четыре. Военные шестой зоны прознали этот секрет мирного в основное время народа, и напали тогда, когда не было полнолуния. Рэта не остановить до наступления утра. А нам пора бежать, если мы хотим уйти живыми, - Кварц подбежал к Шион, схватив того за руку и потянув за собой.
- Нет! Нэдзуми! – крикнул парень, попытавшись вырваться.
- Ты меня слышал, дебил? Сдохнуть захотел? – огрызнулся мужчина и тряхнул парня. Тело Шиона совсем расслабилось, и из ослабевших рук выпали пистолеты. Брюнет, отшвырнув очередного противника, резко обернулся на звук упавшего оружия и кинулся в сторону пытавшихся сбежать. Кварц дернулся всем телом, потянув за собой Шиона, в сторону, чтобы уклониться от прыгнувшего на них брюнета, но цепкая рука вцепилась в плечо Шиона, и Кварц уклонился один. Нэдзуми, прижав парня к полу, проскользил на нем несколько метров. Как только они остановились, он оперся коленями по обеим сторонам от боков жертвы и занес напряженную руку, чтобы нанести роковой удар.
- Нэдзуми, - прошептал Шион и попытался сконцентрировать расфокусированный взгляд от удара об пол на темной фигуре, выделявшейся темным силуэтом с поднятой рукой в холодной лунном свете.
- Нэдзуми, это я, Шион, - зрение стало четче, и Шион медленно протянул руку к лицу Нэдзуми, не отрывая взгляда от горящих глаз. Дотронувшись кончиками пальцев до холодной кожи щеки, Шион погладил ее.
- Все хорошо. Нам больше никто не угрожает. Все хорошо, Нэдзуми, - мягко проговорил он, улыбнувшись. Все и правда было хорошо. У него на душе снова наступило спокойствие.
Рука брюнета чуть дрогнула и медленно опустилась. Дыхание из тяжелого становилось все более спокойным, и глаза больше не светились. Все тело разом отпустило напряжение, и он повалился на лежащего парня, вытянув свои ноги вдоль его.
- Шион, - прошептал Нэдзуми, расслабившись. Его сейчас очень тянуло в сон, а начавшие поглаживать его по спине руки только усиливали это желание.
- Да, это я. Все теперь хорошо, Нэдзуми. У нас все хорошо, - под шепот Шиона сон поглотил уставшее сознание и тело молодого наемника.

Глава 9. Финальный аккорд

Утро – такое время суток, которое любят лишь оптимисты с мыслями о новом начале нового дня. Сидевший в кресле темного офиса, в котором просто были закрыты шторы, чтобы не впускать в помещение ни малейшего лучика восходящего солнца, преклонных лет мужчина просто ненавидел утро. Всю свою жизнь, а сегодня особенно. Он сидел на месте, склонив голову над скрещенными в замок пальцами.
Вчера ночью произошел полный провал его планов. Все из-за того, что он не до конца изучил особенности крови ленного народа. Из-за его ошибки погибли его единственная дочь и кучи наемников. Впрочем, последние его мало волновали. Просто еще одна кучка народа, которую надо прикрыть от глаз общественности, не более. Но Карла…
Эта девчонка была одержима с детства лесным народом, но даже она не знала о такой особенности его крови. Наверное, этот и значит играть с огнем. Пока близко не подойдешь, не узнаешь, что пламя способно не только греть.
Все его идеи пошли коту под хвост. Шион тоже, скорее всего, в курсе его планов и больше не намерен иметь никакого дела с ним. Шестая зона останется на его попечении, и Пятая зона не получит ни малейшего контроля ни над единым ее элементом экономической структуры. Столько денег на ветер…
В кабинет постучали и, не дожидаясь разрешения, вошли. Мужчина поднял голову, чтобы увидеть нарушителя его одиночества и не удивился, узнав в дверях главу новой Шестой зоны.
- С чем пожаловали, Шион? – глухо спросил он. Молодой человек не ответил, а молча прошел вглубь кабинета и сел в кресло напротив.
- Уважаемый господин Хардвей, надеюсь, Вы понимаете, что Ваша деятельность в Шестой зоне теперь для меня не является неизвестной. В результате Ваших непродуманных действий погибла Карла и еще очень много людей, находившихся в том доме. Вы человек гораздо старше меня, опытнее, поэтому, могу предположить, что Вы сделали соответствующие выводы, исходя из произошедшего, - по-деловому холодно произнес Шион. Мужчина ухмыльнулся столь дерзкой манере разговора.
- Да, Вы правы. Я и мои люди покинут Шестую Зону этой ночью. Официальное объявление о произошедшем не будет оглашено общественности, а похороны Карлы будут проведены в Пятой Зоне, - он решил идти по пути наименьшего сопротивления.
- Немного неверные выводы Вы сделали, господин, - губы Шиона непривычно изогнулись в издевательской ухмылке на непонимающий взгляд мужчины, - За все причиненные неудобства Вы обязаны заплатить Шестой зоне сполна. Официально мы сохраняем партнерские отношения, однако на деле оно заканчивается выплатой за ущерб и обман. Вы больше никогда не пересечете границы Шестой Зоны и деньги будете пересылать на этот счет в указанном размере каждые полгода в течение десяти лет.
Шион встал с кресла, положив бумажку с указанными цифрами на стол, и направился к выходу. Мужчина не произнес ни слова на это заявление, несмотря на подобное оскорбление.
- И еще, господин, не пытайтесь искать мне мести за такую дерзость. Я являюсь главой города, и, если прознаю, что Вы снова действуете на этой территории за моей спиной, не удивляйтесь подосланному убийце, - сказал Шион на последок и покинул кабинет.
Господин Хардвей еще некоторое время смеялся над тем, как его смог одурачить и оскорбить этот сопляк. Но он действительно причинил немалые неудобства.
Так что, все честно.

* * *

Шион, как бы не торопился, вернулся в квартиру лишь вечером. Весь день он потратил на успокоение репортеров, которые опирались на слова свидетелей, слышавших странные звуки у него в доме, и небольшое траурное выступление в честь смерти его «невесты». Мать расстроилась больше всех от потери «хорошей» девушки. Город выразил ему сочувствие в минуту молчания, но он ничего не почувствовал. Словно, умерла совершенно чужая ему девушка, которую он совсем не знал. Отчасти, это было правдой, но, с другой стороны, она была его первой любовницей. Он должен чувствовать хоть каплю сожаления, но ничего не было. Что ж, это было закономерно после того, как он просмотрел записи обнаруженной камеры наблюдения в подвальной комнате, где держали Нэдзуми. Она была ночного видения и со звукозаписью, поэтому он внимательно прослушал и посмотрел все, что творилось там. Шион не ощущал ненависти к умершей, потому что это было бы пустой тратой сил. Вот если бы она была еще жива, он бы ее несомненно ненавидел и пытался бы убить собственноручно за все то, что она сделала с Нэдзуми. И все-таки он немного сожалел, что она умерла так легко.
В квартире, как он и думал, будет тихо. После произошедшего инцидента Нэдзуми заснул и не просыпался. Он не хотел отходить от него ни на секунду, но все вылилось в неотложные дела. Теперь он их завершил, и можно спокойно дожидаться пробуждения Нэдзуми. Кварц помог его отнести сюда, промыть раны, которых, к счастью, оказалось немного, и обработать их. Оказавшись в квартире, Шион поспешил пройти в комнату. На матраце под одеялом лежал Нэдзуми и спал. Рядом на подушке пристроился клубочком Хаммер. Шион с облегчением отметил, что расслабленное лицо Нэдзуми было уже не таким бледным, как с утра. Парень не удержался и провел ладонью по теплой коже лба и щеки. Еще совсем недавно она была холодной. Но он уже был счастлив увидеть Нэдзуми живым, пусть чертовски опасным, но живым. Шион даже представить боялся, каково ему будет, если Нэдзуми умрет. Десять лет назад он видел, как Нэдзуми потерял сознание на сцене во время своего выступления и испугался настолько, что каждый удар сердца отдавался острой болью, словно то пронзали ножом снова и снова. А позже, во время их проникновения на базу, где держали Сафу, Нэдзуми закрыл его собой, несмотря на такие болезненные слова ложного обвинения, что посыпал он тогда на него. Шион до сих пор стыдно за те надуманные доводы, но извиняться спустя столько лет... Может, поздно, а, может, и нет. Но, в любом случае, Нэдзуми всегда его защищал, всегда помогал и спасал, несмотря ни на что. И Шион не мог представить себе, каким образом отблагодарить Нэдзуми за все, что он для него делает. Чем-нибудь хорошим и значимым.
Нэдзуми признался ему, что был в него влюблен. Шион не знает точного определения этого чувства, но он точно осознавал, что не хочет, чтобы Нэдзуми причиняли боль, чтобы Нэдзуми умер. Он хочет к нему прикасаться, гладить кожу, делать приятное… И чтобы Нэдзуми был рядом. Потому что только с ним Шион испытывал то особое чувство. А что, если теперь Нэдзуми снова уйдет? Как тогда, десять лет назад, скажет, что они не могут быть вместе, и просто исчезнет?
Он наклонился к лицу спящего и прикоснулся своим лбом к его лбу, внимательно глядя на закрытые напротив глаза.
Возможно, именно это и есть любовь? Он не хочет, чтобы они расставались ни в коем случае. Хочет, чтобы они были вместе, хочет делать приятное и получать то же самое в ответ. Если так, то нужно сказать об этом Нэдзуми, как только он проснется. Он точно обрадуется.
Тут Шион в голову пришла одна мысль. Он поторопился раздеться до нижнего белья и забраться под одеяло рядом с Нэдзуми, стараясь не потревожить его ( Но его манипуляции согнали Хаммера с места вообще, и крысеныйш убежал в неизвестном направлении. ). Под ним было тепло, и Шион, немного смущенно улыбаясь, придвинулся поближе к телу брюнета и ненавязчиво положил голову тому на грудь, прямо напротив чужого сердца.
Ту-дум. Ту-дум. Ту-дум.
Ритм умеренный и так успокаивает. Шион закрыл глаза и вздохнул. Запах Нэдзуми, его тепло, ощущение его кожи. Парень приподнял руку и положил ту под одеялом на покрытый тонкой повязкой чужой живот. Бинты мешают чувствовать кожу, но ничего, это на время. Шион закрыл глаза и аккуратно прижался губами к тому месту, к которому прижимался секунду назад. Не удержавшись, он коснулся обнаженной кожи языком и лизнул кончиком. Такие простые действия, а Шион уже почувствовал загоравшееся желанием возбуждение. Он повторил действие, не замечая, как его рука с живота сместилась ниже, автоматически поглаживая то, что попадалось под ладонь…
- Шион, что ты делаешь?
Шион испуганно вздрогнул всем телом. Вскинув голову, он столкнулся с приоткрытыми серыми глазами и легкой улыбкой.
- П-прости, - смущенно прошептал Шион, прижавшись лбом к его груди.
- Шион, посмотри на меня, - сказал Нэдзуми. Тот послушано снова поднял взгляд на него.
- Все нормально? – серьезно спросил брюнет, имея ввиду произошедшее и не скрывая тревоги.
- Да, все теперь хорошо, Нэдзуми. Больше опасности нет, - успокоил его Шион. Брюнет вздохнул и обнял его обеими руками.
- Я убил твою невесту, - прошептал он.
- Знаю. Я бы сам ее убил, если бы она что-нибудь с тобой сделала, - спокойно ответил Шион.
- Я убил много людей голыми руками.
- Знаю. Я тоже убил немало.
- И тебя хотел убить, - голос Нэдзуми едва дрогнул при последних словах.
- Но не убил же и даже не ранил, - с улыбкой возразил Шион и уткнулся носом в шею лежащего парня, поняв, что тот испытывает чувство вины. На это Нэдзуми лишь глубоко вздохнул. Что верно, то верно.
Слава богам.
- Нэдзуми, ты как себя чувствуешь? – поинтересовался перекрашенный альбинос.
- Нормально, а что?
- Я хочу тебя, - прямо высказался Шион. Брюнет посмотрел на него с удивлением.
- Ты это уже говорил.
- Я тогда признавался. А сейчас хочу заняться с тобой сексом.
Брюнет забавно хлопнул глазами и через мгновение засмеялся.
- Ого, как прямолинейно, - хохотнул Нэдзуми и наклонил голову вперед, чтобы встретиться губами с Шионом. Парни, закрыв глаза, не стали, как в прошлый раз, наслаждаться лишь чужим прикосновением и сразу углубили поцелуй, который быстро становился все более страстным. Их языки активно изучали внутреннюю стеночки щек, губ, десна, постоянно перетираясь с другим языком, а губы массирующее двигались, доставляя дополнительное удовольствие. И Шион, и Нэдзуми старались продлить поцелуи, шумно пытаясь дышать через нос, но все равно вскоре оба почувствовали, что поцелуи – это слишком малое удовольствие. Руки брюнета легли на скрытые боксерами ягодицы альбиноса и переместили парня так, что теперь Шион, упершись коленями по бокам Нэдзуми, восседал прямо на его животе.
Глубоко вздохнув, они разорвали поцелуй, но Нэдзуми торопливо прижался ртом к чужой шее, начав ее лизать и покусывать. Шион выгнул ее навстречу приятным прикосновениям, постанывая и, незаметно для себя, потираясь возбуждающимся членом, который еще скрыт тканью, о живот Нэдзуми.
- Нэдзуми, - хрипло простонал Шион и сильно сжал пальцы на крепких плечах, оставляя красные царапины, когда темноволосый парень сильно вцепился зубами в ключицу и поставил яркий засос.
Шион даже не сразу заметил, когда Нэдзуми успел положить его на матрац и навалиться сверху. Брюнет продолжил ласки, уделяя внимание каждой мелочи любимого тела: зацеловывал топорщащиеся бусинки сосков, теребил их кончиком языка, одновременно все ниже опуская руками резинку боксеров с подтянутых ягодиц и начиная сжимать их пальцами, массируя; затем провел языком щекочущую дорожку по длинному змеевидному шраму через все тело, который остался у Шиона после отравления пчелы. Серые глаза неотрывно следили за изгибающимся под ласками телом и внимательно вслушивались в хриплые выдохи и постанывания. Нэдзуми медленно стянул боксеры полностью, не отрываясь от шрамированной области, продолжив ее вплоть до внутренней части стопы. Шион рефлекторно пытался убрать ногу от настойчивого языка, но Нэдзуми предпочел бы еще поиграть, потому что пальцы стопы Шиона мило сгибались-разгибались, а розоватый налитый член вытянул красную грибовидную головку еще больше. Брюнет не стал продолжать свою маленькую шалость, опасаясь того, что все закончится раньше, чем они перейдут к основному, поцеловал нежную кожу стопы и начал подниматься губами по внутренней стороне ноги.
Шион, руками схвативший теперь простынь, сжимал ее в комок, отмечая, что никогда еще прелюдия не была для него настолько яркой и захватывающей. Теперь он понимал, что Карла даже не хотела его. Сам процесс отличался именно тем, что она все делала на автомате, не интересуясь им самим. Все начиналось с минета и заканчивалось половым актом.
Нэдзуми исследовал его тело целиком, внимательно наблюдая реакцию на ту или иную ласку, полностью увлекаясь происходящим и получая удовольствие. И прикосновений Нэдзуми хотелось все больше, хотелось, чтобы он был везде, его запах, его руки, его тепло...
Шион распахнул затуманенные страстью глаза и вскрикнул, не сдержавшись, когда почувствовал, как по его яичкам скользнул упругий язык. Чужие губы втянули каждую округлость поочередно в рот, немного пососав, а затем поднялись дальше, вдоль ствола. Нэдзуми старательно очерчивал ртом каждую выступающую венку, а потом, слизнув выступающую смазку с навершия, погрузил головку в теплую сырость рта целиком. Шион не удержался и, отпустив руками простыни, вцепился пальцами в густые черные волосы.
- Аах… Нэдзуми… - шептал он, коротко подбрасывая бедрами вверх, стараясь проникнуть глубже в чужой рот, но брюнет крепко удерживал его за талию, прижимая к матрацу. Шион просто таял от ощущения того, как головка его члена терлась о верхнее небо, а язык внутри обводил уздечку и щелку. Минет Карлы и близко не стоял с тем, что сейчас делает Нэдзуми! Все, что было до него, нельзя назвать настоящим удовольствием. Теперь Шион это понимал.
Ощущения были слишком сильными, и поэтому он почувствовал, что вот-вот кончит.
- Я… кончаю… - прохрипел он между постанываниями, впервые за все действие посмотрев вниз. Оказывается, Нэдзуми пристально смотрел на его лицо, наблюдая наступление оргазма партнера.
- Нэдзуми… - прошептал Шион, бросая взгляд теперь либо на внимательные серые глаза, либо за покрасневшие, чуть вспухшие губы, между которыми скрывается головка.
Нэдзуми прикрыл глаза, чувствуя на языке первые солоноватые капли, и усерднее начал сосать, втянув щеки и громче причмокивая. Шион, не сдерживаясь, гортанно простонал, откинув голову и изогнувшись в спине, и отдался яркому оргазму. На мгновение ему показалось, что он отрубился, потому как все ощущения смешались в один непонятный микс.
- Шион… Эй, Шион…
Парень с трудом приоткрыл глаза, приходя в себя.
- Нельзя вот так сразу отрубаться. Ты так вскрикнул и сразу откинулся, что я думал, что ты уже помер от экстаза, - чуть хрипло засмеялся брюнет. От этих слов к щекам подступил румянец, и Шион повернулся на бок, тут же почувствовав, как по животу вниз тяжело начало стекать доказательство его оргазма.
- Что, уже не хочешь большего? – шепнул в ушко навалившийся на него Нэдзуми. Шион поерзал на месте, задевая бедром горячую промежность брюнета и вздохнул, отпуская родившееся возмущение и смущение. В конце концов, он же собирался признаться Нэдзуми, верно? И для этого нужно выбрать подходящий момент.
Парень привстал, руками уложив покладистого брюнета на матрац. Он на ощупь губами уткнулся в острый подбородок и повел немного вверх, чтобы найти мягкие тонкие губы, вовлекая партнера в глубокий поцелуй. Он почувствовал, как снова по телу наливается горячая волна возбуждения от того, что Нэдзуми, обняв его руками, начал трепетно ласкать тонкую кожу спины. Шион оперся одной ладонью о крепкое плечо, а другой продолжил поглаживающе исследовать любимое тело. Раз за разом натыкаясь на гладкие бугорки шрамированной кожи, не скрытой бинтами, он круговыми движениями массировал их, словно хотел разгладить. Действительно, Шион хотел, чтобы этих шрамов не было, и дело не в эстетическом восприятии. Просто эти шрамы были доказательством, сколько боли испытал Нэдзуми. Доказательством страданий. А он никогда не хотел, чтобы Нэдзуми страдал.
Но шрамы не убрать, он может теперь лишь постараться сделать так, чтобы их не стало больше.
Когда Нэдзуми начал дышать чаще, Шион разорвал поцелуй и тут же прильнул губами к дрожащей шее, вслушиваясь в хриплые постанывания мелодичного голоса.
Аккуратно Шион проник под резинку боксеров и накрыл ладонью горячую, налитую плоть. От прикосновения Нэдзуми резко выдохнул и рефлекторно вскинул бедрами, желая большего, и крепче вцепился пальцами в чужую спину. Теперь Шион приходилось одной ладонью удерживать то и дело дергавшийся таз партнера, в то же время не прекращать поглаживать наливающийся орган, не отрывать губ от сладко-соленой взмокшей кожи и с наслаждением слушать стоны возбужденного любимого.
Шион настолько увлекся новыми ощущениями получения собственного удовольствия от удовольствия Нэдзуми, что вздрогнул всем телом и замер, когда пальцы брюнета провели по его животу, собирая остатки спермы первого оргазма альбиноса, и прошлись между его ягодиц, остановившись около сжатого ануса и погладив его.
- Можно? – просьба прозвучала так, что продолжение зависит от решения самого Шиона, позволит или нет. И Нэдзуми было не все равно, каким образом они завершат начатое. Просто он уже поставил желания партнера выше собственных.
Шион прикоснулся лбом к месту, под которым громко стучало чужое сердце.
Ту-дун. Ту-дун. Ту-дун.
Ритм торопливый, рваный, кажется, будто сердце бьется о ребра изнутри. Как и его собственное.
Шион подался бедрами назад, усиливая давление пальцев на расслабляющиеся мышцы входа, и Нэдзуми сразу ввел в него фалангу одного пальца. Шион закусил губу от того, как внутри него, проникая все глубже, вращается и поглаживает палец, расширяя. Несмотря на то, что он не упускал ни одной детали новых ощущений, он не забывал о том, чтобы продолжать ласкать член брюнета.
Вскоре, к первому пальцу добавился второй, и Шион первое мгновение рефлекторно сжал внутренние мышцы, но, почувствовав небольшой дискомфорт, сразу расслабился, чтобы не мешать подготовке. Сейчас, когда он мысленно представлял, насколько узок он внутри и то, когда член Нэдзуми окажется внутри него… Пальцы, надавливающие на стенки, приносили непонятное удовольствие, от которого он возбуждался ничуть не меньше, чем ранее, и воображение пыталось представить, какого будет, когда о стенки будет тереться этот орган, что у него в руке…
Шион вздрогнул, выгибаясь в спине, и вскрикнул от удивления, когда вдоль его позвоночника будто ток прошел, оставляя полыхающие ожоги.
- О, нашел, - удовлетворенно выдохнул Нэдзуми, введя внутрь еще один палец и попеременно дотрагиваясь до чего-то внутри Шиона, вызывая всплески того же острого возбуждения.
Шион потерялся в ощущениях. Голова словно оказалась в вакууме, и не хотелось ничего, кроме того, чтобы Нэдзуми продолжил. Хотелось чувствовать его и слышать его голос, который немного приглушенным эхом звучал в сознании.
- Шион, ты такой красивый… Так отдаешься… Как же я тебя люблю…
Он даже не понимал, что безостановочно стонет, уже лежа на матраце, широко раскрыв бедра, что до крови царапает плечи брюнета, склонившимся над ним и целующим лицо, и что повторяет с каждым выдохом его имя, словно других слов он не знает.
Безумие закончилось на мгновение, когда волшебные пальцы покинули растянутую полость, и Шион смог осознать то, как в него входит тот самый орган, который он представлял. Не было напряженного ожидания, было лишь застывшее обостренное внимание на то, как постепенно входила широкая головка, и как ее обволакивают, ощупывая, гладкие мышцы. А затем ободок и длинная окружность ствола. Нэдзуми остановился на несколько секунд, и Шион мог чувствовать отдающуюся пульсацию заполнившего его органа и хриплое, горячее дыхание на своих щеках.
- Я люблю тебя, - шепнул Нэдзуми и сделал плавный толчок, который стал первым шагом к тому, чтобы Шион полностью утонул в экстазе и не мог контролировать себя. Полностью оглушенный наступившим оргазмом, который, казалось, длился вечность, Шион смог лишь прошептать от внезапно накатившего на него отчаяния: «Не оставляй меня…».
Он не слышал усмехающийся ответ утомленного удовлетворением наемника, растворившийся в ночной тишине.

Глава 10. Новое старое
Шион никогда бы не подумал, что ему будет настолько стыдно перед Нэдзуми. Но сейчас, покрывая мазью розоватую кожу его спины и плеч с многочисленными красными, вспухшими царапинами, четко видных в лучах утреннего солнца, он готов был сквозь пол провалиться от смущения и стыда. Странное дело, но Нэдзуми совсем не злился, наоборот, казалось, что он в наивысшей степени расслаблен и счастлив.
- Знаешь, что, Шион, я думаю, что нам надо бы запастись антисептиком и заживляющим гелем. Не переживай, они не болят, но если так будет продолжаться каждый раз, то боюсь вскоре кожи лишиться, - веселился Нэдзуми, иногда оглядываясь через плечо, чтобы увидеть красное от смущения лицо Шиона.
От упоминания, что эта ночь была не последней, Шион почувствовал, как в утреннее, томное ощущение проливается общее удовлетворение.
Вчера вечером он боялся, что снова расстанется с Нэдзуми, как и десять лет назад. Ведь опасная ситуация уже закончилась. Нужно прояснить все сейчас.
- Знаешь, Нэдзуми, - задумчиво начал Шион, аккуратно нанося очередной слой белого крема поверх красной полосы. Нэдзуми оглянулся через плечо, внимательно слушая явно серьезный тон. Шион слишком сосредоточился на том, чтобы собрать мысли в одно целое, и от смущения не осталось ни следа.
- Десять лет назад ты сказал, что мы не можем быть вместе, потому что мы противоположности. Словно солнце и луна, свет и тьма. Я долго размышлял над этими твоими словами и понял, что ты ошибался. И я ошибался, думая, что смогу полноценно жить без тебя. Все это время мы ошибались в равной степени, и поэтому до этого момента все было в корне неправильным. Луна не может быть без солнца также, как и солнце без луны*. Свет не может быть без тьмы также, как и тьма без света. Лишь вместе они составляют полноценную картину мира, который мы имеем возможность наблюдать. Цельный, многообразный, прекрасный. Поэтому, Нэдзуми, пожалуйста, - Шион уткнулся лбом между лопаток сидящего перед ним парня и закончил шепотом, - прошу, не исчезай от меня больше. Не убегай, даже если мне грозит опасность рядом с тобой. Я через все пройду вместе с тобой, Нэдзуми. Только не бросай.
Несколько мгновений Нэдзуми просто смотрел на опущенную светло-фиолетовую макушку и лишь потом ответил.
- Шион, если ты действительно хочешь этого, я буду рядом. Все это время я наблюдал за тобой, твоими действиями, твоей жизнью. Поэтому я давно уже понял, насколько ошибочно предполагал истину, когда был юнцом. И, когда осознал это, не мог вот так просто появиться внезапно перед тобой и заявить об этом. Ведь до всего ты должен был дойти сам, понять самостоятельно и принять. То же самое касается и твоей политики, ведь она вся опирается на твое мировоззрение. Ты слишком увлекся светом, что забыл о тьме. Поэтому, если и правду хочешь изменить окружение вокруг себя, то без меня тебе в этом не обойтись. Ведь я – вторая половина нашего баланса.
Плечи Шиона мелко затряслись, и комнату наполнил тихий смех.
- Да, да, да, да… - счастливо бормотал Шион в передышках, на что Нэдзуми лишь улыбался.
- Нэдзуми, забыл сказать. Я люблю тебя.
- Еще бы не любил…
Соединение двух половин одного целого… Что может быть прекрасней?

* * *

В мире все сосуществует в балансе. Это один из самых древних законов бытия. И одна часть баланса не может существовать без другой. В построении нового мира понимание этого баланса крайне важно, потому что именно равновесие приносит в мир гармонию.
Что бы не утверждали историки, индивидуальная картина построения общества имеет общую схему построения. Она древняя, но стойкая и неуравновешенная одновременно. Имея две половины, как и все во Вселенной, она предполагает наличие как положительных моментов, так и отрицательных. Нарушение баланса этих моментов наблюдалось на протяжении всей политической истории. Поэтому, чтобы создать идеальный мир, нужно видеть и понимать равновесия, ведь все новое является лишь приукрашенный старым.
На одной и той же сцене меняются лишь декорации и актеры.
Поэтому, в новой Шестой зоне фактически главами являются два человека. Один контролирует черную часть города, другой продолжает восстанавливать положение восстанавливающегося города на достойный уровень других городов-государств. Вместе они цельно имеют представления о ситуации в своих владениях, что дает абсолютный контроль над тем, что ожидает их в будущем.
Именно понимание и видение старого порядка в новом обществе дало преимущество использовать все ресурсы во благо. По крайней мере, сохраняется один из древних законов.
На данный момент, можно считать, что равновесие между новым и старым установлено идеально, как и между светлой и темной стороной города. И лишь двое, каждый из которых характеризует свою часть города, имеют представления о том, что их может ждать в новом старом будущем.

Конец


От Автора: В Главе 9 под "*" читается астрономическая особенность тонкого равновесия между силами тяготения тел в Солнечной Вселенной.
Сказка, которую читал Шион, тоже мой вымысел.

Спасибо за внимание!

@темы: NC-17, Nezumi, Sion, Ангст, Мини, Фанфикшн